Как рабочие из Коммунарки на даче Дениски Кораблёва асфальт укладывали
Чудесные «Денискины рассказы» Виктора Драгунского благополучно шагнули в новое тысячелетие. Повседневные истории из жизни советского мальчика вызывают всё тот же интерес у нынешних школьников. Одна из них – «Человек с голубым лицом» – очень тесно связана с нашим районом. Об этом «Коммунарке» рассказал Денис Драгунский – сын писателя, глядя на которого, отец создавал свои произведения.
Среди секретных объектов
С 1960 года Драгунские жили в дачном посёлке «Советский писатель» в Ватутинках, дорога в которые пролегала через нынешнюю Коммунарку. Проезжая Сосенки по Калужскому шоссе, папа с сыном всегда говорили: «Вот! Сосенки уже проехали! Скоро Десна, а там и наш посёлок». В Сосенках писатель в рассказе «Человек с голубым лицом» разместил базу дорожных рабочих, откуда те затемно, до наступления жары, каждый день выезжают к дачникам, чтобы проложить асфальт. Туда же они возвращаются на обед. А в реальной жизни среди дачников-соседей Драгунского – Твардовский, Симонов, Нагибин, Зыкина, Кабалевский, Матусовский, Рязанов, Ромм, Гердт…
– Посёлок основан в 1952 году, – рассказывает наш собеседник. – Сначала его все называли «Красная Пахра». Даже Твардовский в конце своих статей и писем указывал: «такого‑то числа и года, Красная Пахра». Почему? Ведь СНТ «ДСК “Советский писатель”» на 36‑м километре Калужского шоссе, а ближайший населённый пункт Красная Пахра располагался дальше – на 45‑м километре. Наверное, не хотели «засвечивать» полусекретный военный городок и институт ИЗМИРАН, которые располагались к нам ближе.
Папа кашу заварил
У писателя была голубая «Волга» первой модели, с оленем на радиаторе. Денис и сейчас помнит номер: ЭК 90‑18.
– Папа купил автомобиль в 1958 году. Мы жили втроём в одной комнате в коммунальной квартире в подвале дома на Грановского (ныне Романов переулок). Машина стояла во дворе, напротив окна, подоконник которого находился ниже уровня земли. Так что выбросить в форточку манную кашу, как это делает Дениска в рассказе «Тайное становится явным», пока мама уходит на кухню, было совершенно невозможно. В одной комнате все спали, ели, работали вместе на виду друг у друга. Папа, Виктор Осипович, вообще не имел никакого представления о том, как можно жить в отдельной квартире. Тогда это была только мечта.
Но дом на Грановского, 3 был всё же не простым. Пятый Дом Советов. Это в подвалах жил обыкновенный советский люд. Верхние этажи в разные годы занимали военачальники, министры, а домработниц, как вспоминает Денис Викторович, называли по фамилиям хозяев, наподобие «Машка Рокоссовская», «Дунька Косыгина», «Фроська Буденная».
Когда юные потомки советской элиты, увидев машину, выскочили во двор, восхищаясь приобретением родителей Дениски, мальчик отмахнулся: мол, ну подумаешь, «Волга». «У тебя дедушка, небось, на ЗИСе ездит», – заявил он тогда товарищу. На что внук маршала, парень постарше, ответил: «Ты не понимаешь? У вас собственная, а у нас казённая. Тю-тю – и завтра нет».
А кто в аварию угодил?
- – Денис Викторович, на этой машине папа вместе с вами по дороге с дачи попал в аварию в рассказе «Человек с голубым лицом?»
– Да. Была жуткая авария, машина несколько раз перевернулась и упала под откос. Это произошло на пересечении Калужского шоссе с тогда ещё недостроенной МКАД. Папа сильно поранил руку – точно так, как описано в рассказе. Пассажиры, трое поселковых рабочих и сосед-писатель, уцелели. Тогда в нашем посёлке было принято подвозить «безмашинных» друзей, соседей, вообще попутчиков. Папа, с перевязанной рукой, довёл машину до дачи своим ходом. Потом машину починили, и она ещё долго нам служила. А вот меня с ними не было. И дорожный рабочий на асфальтовом катке – художественный вымысел. Хотя каток, на котором сидел небритый мужик с красивой напарницей, в посёлке припоминаю.
- – Помните, как он написал этот рассказ? Каким он был в работе?
– Папа писал этот рассказ так же, как и все остальные. Утром садился за стол, а вечером приглашал нас с мамой послушать. Писал быстро, дешёвой лёгкой авторучкой за 90 копеек. Другое дело, что не каждый день по рассказу. Он их всего написал чуть больше шестидесяти.
По учению Дарвина
- – Виктор Драгунский – строгий отец? Каким он был в быту?
– Он не кричал, не махал руками, ни разу не бил меня. Может быть, только один раз тряхнул за плечо и сказал: «Успокойся! Другого шарфика у нас нет. Колет? Щиплет? Потерпи!» Строгость его воспитания заключалась в том, что у меня были домашние обязанности – убирать в своей комнате, пылесосить всю квартиру, мыть посуду, помогать маме готовить к приходу гостей. Меня одевали скромно, не покупали модных и красивых вещичек. Еда в доме, за исключением приёма гостей, была обыкновенная, без деликатесов и сладостей. Он был весёлый, находчивый. Помню, как его спросил про нашего родственника: «А почему у Эрика такая волосатая грудь и спина тоже, а ты такой гладкий?» И папа со всей серьёзностью ответил: «Это биология. Всё по учению Дарвина. Смотри: Эрик – бедный студент, у него нет денег на зимнее пальто. А я – вполне обеспеченный писатель, у меня есть шуба». В другой раз меня заинтересовало, почему все говорят: «В Москву за песнями». Папа ответил: «А потому, что в Москве давным-давно, чуть ли не при Иване Грозном, поселились композиторы Оскар Фельцман и Ян Френкель. И со всей Руси великой народ к ним ехал за новыми песнями». Я на какую‑то секунду верил, а потом начинал смеяться.
Дети задают вопросы
- – Виктор Драгунский умер, когда вам был всего 21 год. Что показали бы папе в первую очередь из своих книг?
– Попросил бы прочитать всё – от самой первой до той, которая вышла последней. Но сразу бы показал ему свой рассказ «Бронзовые люди»: в нём я попытался написать продолжение прекрасного, самого моего любимого папиного рассказа «Девочка на шаре».
- – А чего ждать читателям?
– Только что сдал в издательство «Редакция Елены Шубиной» книгу «Жизнь Дениса Кораблёва. Филфак и вокруг». Сейчас пришла очередь студенческих лет.
- – Современным детям Дениска интересен?
– Люди читают и перечитывают «Денискины рассказы», а когда я прихожу в школу или в библиотеку – наперебой задают мне сотни вопросов о рассказах, о моём детстве, о нашей тогдашней жизни. Им очень интересно, как мы жили, что чувствовали.
- – Сейчас бываете на даче? Какие впечатления от Новой Москвы?
– Конечно, бываю. Правда, гораздо реже, чем прежде. Вокруг всё невероятно изменилось. Новая Москва растёт и наполняется культурной жизнью. Скоро откроют метро «Ватутинки», и буду навещать любимые места почаще.
Виталий ЛЕСНИЧИЙ
Фото: Виктор ХАБАРОВ
ООО «МЕДИАГОРОД»